Курочкин Борис Иванович

20.10.2017

Курочкин Борис Иванович

Чтобы в жизнь твою ворвался бокс,

Что явилось бы тогда причиной?

Надо,

Чтоб родился ты мужчиной,

Мог переносить и страх, и боль.


Я вспоминаю свою короткую и бурную жизнь в боксе. Пришёл в 17 лет в зал МГУ к трене­ру С. Жигалину. Там же работал В. И. Огуренков. После третьего боя получил третий спортивный разряд. Виктор Иванович, увидев меня, спросил: — Левша?

— Да, — был ответ. И тренер развернул меня в другую стойку. Так, имея самое первое бок­сёрское звание — третий разряд, был призван в 1958 году в ВМФ, где и прослужил (именно прослужил на кораблях, а не в спортроте) четы­ре года. Поэтапно становился чемпионом г. Ле­нинграда, неоднократно занимал первое место среди боксёров Балтийского флота, затем дваж­ды — чемпион ВМФ СССР и под конец службы в 1962 году стал чемпионом Вооружённых Сил страны и подтвердил это звание ещё трижды. Три раза становился чемпионом Москвы в са­мом, как говорят, ходовом весе — 67 кг.

В Ленинграде, в клубе ЛДО, впервые встре­тил тогда ещё малоизвестного Валерия Попенченко. Мы уважали друг друга. Его отношение ко мне не изменилось и после его триумфа. В 1963 году пришёл по приглашению В. Г. Сте­панова, старшего тренера Вооружённых Сил, в ЦСКА. Члены сборной СССР (А. Коромыслов, А. Абрамов, В. Сафронов, С. Степашкин, О. Григорьев, В. Агеев... — на тот период 85 % сборной страны составляли армейцы) спросили:

—    Ты откуда?

—    Москвич, — ответил я.

—    Мы тебя не помним.

Ребята знали друг друга с 10-11-летнего воз­раста.

   

Последний бой провёл в 27 лет. Помню всех: вас — известных и заслуженных и просто боксё­ров — мастеров и разрядников, по тем или иным причинам не дошедших до большого бокса: Ар­хипов, Гайдамако, Кузьмин, Котловский, Климов, Кирсанов, Мусалимов, Савранский, Трепша, Трегубов, Тамулис...

Хочу сказать всем вам большое искреннее СПАСИБО за науку в школе, имя которой — БОКС.

Одни одобряют и понимают мои увлечения Поэзией, другие люди подсмеиваются...

Кто поймёт меня — спасибо,

Не поймут, так что с того?

Есть во мне такая сила —

Ограждает от всего.


Не Чемпионом был — любимцем зала 

Тот невысокий, рядовой боксёр.

Его шпана за смелость уважала. 

Всегда спокоен, прост он и хитёр.

А с мастерами тигром был на ринге, 

Не научился слабых обижать,

Всегда с цветами торопился к Ритке, 

Боготворили и отец, и мать.

Среди боксёров каждый его знает.

На нём росли: Лебзяк и сам Борис,

И Косте Цзю помог взойти он наверх, 

Бескомпромиссен — обожал он риск.


Вас — неизвестных тысячи в России.

И помнит бой маститый Чемпион,

Когда уставший ты, но духом сильный 

С обеих рук крушил, и падал он.


Такого кожаного кресла, изго­товленного в форме боксёр­ской перчатки, наверное, нет ни у кого в России, а может быть, и в мире. Находится оно не в каком-ни­будь музее, а дома у Б.Н. Курочкина и служит своему хозяину не один год верой и правдой для полноценного отдыха. «Это кресло — подарок от моего сына Максима», — сказал мне Борис Николаевич и тяжело вздох­нул. — Если поместите в журнале фотогра­фию, пожалуйста, поставьте под ней подпись: «Необыкновенная перчатка-кресло, подарен­ная мужественным сыном Максимом».

Я уже знал о трагедии, случившейся с его сыном восемь лет назад, из его книги «Я — не избранник небес», подаренной мне её авто­ром. В ней он пишет:

«Арест и смерть моего сына были спла­нированы и осуществлены в Украине, в г. Ки­еве.

Заметный российский бизнесмен и поли­тик, поддерживающий сторонников брат­ских российско-украинских отношений, ока­зался помехой для тех, кто не желал этого. На последнем заседании суда сфабрикован­ное «дело» разваливалось. Все понимали, что Максима Курочкина должны освободить. И тогда в ход были пущены снайперы. На нём не было никакой спецодежды, его руки были в наручниках. Авто не могло подъехать вплотную к дверям суда. Охрана находилась позади сына. Его, фактически, вывели на же­стокий, прилюдный расстрел, санкциониро­ванный властью.

Сегодня Максим оправдан и Святошинским, и Апелляционным судом Укра­ины в связи с недоказанностью инкриминированного ему престу­пления. ...Мой сын был цинично ис­пользован в чьих-то интересах как политик и бизнесмен и хладнокров­но выброшен на свалку Истории».

Максим КурочкинНе хочу просыпаться, вставать,

Чтоб пройти тот единственный день... 

Чем утешить детишек и мать? —

Сын ушёл навсегда, а не в тень.

Безоружный, злодейски убит,

Зная, что только смерть впереди,

Не сломался, как мягкий графит,

За Россию и ныне стоит!

Не квасной он защитник Руси, —

Из старинных России Сынов, 

Православный! Врагов он простил. 

Подвиг этот — основа основ.


Неспроста полвека назад глав­ный тренер сборной страны В. И. Огуренков назвал Бориса Курочкина душой команды. Он хорошо пел, аккомпанируя себе на гитаре и фортепьяно, умел интересно говорить с аудиторией, внимая ей, откликаясь на прось­бы пел и читал, рассказывал... «Песни на его стихи под аккомпанемент гитары, мы вместе пели не только в часы отдыха, но и перед тру­довыми коллективами, учащимися школ и в Колонном зале Дома союзов после победы команды на первенстве Евро­пы», — вспоминает о своём товарище по команде двукратный олимпийский чемпи­он Б. Н. Лагутин.

Полвека — это большой срок в челове­ческой жизни, а Борис Иванович и сейчас остаётся таким, как и прежде. Нередко его можно видеть на боксёрских мероприятиях читающим стихи и поющим песни. Пред­ставляют его обычно так: «Поэт и боксёр, бард и дипкурьер».

Борис Иванович Курочкин родился 30 сентября 1939 г. в Алтан-Булаке (Монголия). Боксом начал заниматься с 17 лет в клубе завода им. Орджоникидзе в Москве, на котором работал шлифовщиком. С 20 лет на службе в Во­енно-морском флоте. В 1962-1967 гг. выступал за ЦСКА (Москва). Мастер спорта СССР (1962 г.). Се­ребряный призёр чемпионата СССР 1965 и 1967 гг., четырёхкратный чемпион Вооружённых сил. Трёх­кратный чемпион Москвы. Победитель ряда круп­ных международных соревнований.

В 1969-1990 гг. — дипкурьер. Был тренером женской сборной команды России на Первом чем­пионате мира среди женщин 2001 г., где было за­воёвано первое общекомандное место. Увлекает­ся поэзией. Его литературным наставником был известный поэт, бывший боксёр, кандидат в масте­ра спорта — Г. Поженян. Курочкин пишет о боксе, о боксёрах, о своих друзьях — товарищах по спор­ту и работе.

Курочкин автор семи книг, в том числе «Бокс — поэзия», «Я — неизбранник небес». Его стихи очень искренни:

Когда стоять уже нет сил,
Когда дышать всё тяжелей,
Когда противник жёстко бил
Тогда я делался мудрей... 



Назад в раздел