Кобзон Иосиф Давыдович

20.10.2017

Кобзон Иосиф Давыдович

Читатели смогут также ознакомиться с интервью, взятым у выдающегося артиста, депутата Государственной Думы И.Д. Кобзона, в котором он рассказывает о том, какое место в его жизни занимает бокс.

ИОСИФ КОБЗОН: «БОКС ДАЛ МНЕ СИЛУ ДУХА».

Я родился и рос на украинской земле в по­слевоенное время. В 14 лет пошёл в секцию бок­са, где тренером был Зернов. Он был хорошим наставником, учившим нас не драке на ринге, а прежде всего высокой спортивной этике. Строго следил за дисциплиной - за малейшее происше­ствие на улице выгонял из секции. В процессе тренировки много времени отводилось общефи­зической подготовке - мы занимались лёгкой ат­летикой, борьбой, поднятием тяжестей и прочее, прочее. И лишь после основательной подготовки мы получали право на участие в соревнованиях.

Жили бедно. Моей семье сложно было найти денег на покупку, к примеру, боксёрок, но выход всегда находила мама, относившаяся к моему выбору с пониманием. А мне хотелось скорее стать сильным, потому что бокс содержит в себе все элементы физического развития.

Определённых успехов в боксе я тогда до­бился, но, слава Богу, профессиональным боксё­ром не стал (смеётся), да и не стремился к этому. Свои занятия боксом я продолжил в армии, куда был призван в восемнадцатилетнем возрасте. По завершении армейской службы закончились и мои занятия боксом, но это моё увлечение осталось по сей день.

Мне некогда смотреть телевизионные пере­дачи, мне некогда читать спортивные газеты, но бокс мне по-прежнему интересен. Вот, к примеру, через пару недель в Лужниках будет выступать Денис Лебедев. Я обязательно пойду смотреть поединок с его участием. Я часто хожу на бои на­ших замечательных боксёров и получаю огром­ное эстетическое наслаждение. Когда мне гово­рят: «Ну, что ты пойдёшь смотреть на драку!» На драку я не хочу смотреть. Я хожу смотреть на ве­личайший вид спорта, который называется бокс.

Поэтому, будучи депутатом далёкого За­байкальского края, я в своём первом регионе, Агинско-Бурятском округе, стал развивать бокс. Там были три традиционных вида: конный спорт, стрельба из лука и национальная борьба. И вот в три района я привёз три ринга, создали бок­сёрские секции. Для того, чтобы молодые ребя­та увидели настоящих боксёров, я обратился к нашим известным ветеранам бокса, и туда при­езжали: Александр Лебзяк, Игорь Высоцкий, а Андрей Курнявка дважды приезжал.

Я, честно говоря, не люблю кикбоксинг, пото­му что он резко отличается от бокса классическо­го. Я не люблю борьбу без правил на условном ринге, а вот классический бокс я обожаю. У нас очень много было боксёров, да есть и сейчас, о которых говорят «любо дорого смотреть». От них ждёшь не нокаута, не кровопролития, а демон­страции образцов классического бокса.

Меня иногда спрашивают: «Какой у вас люби­мый вид спорта?» Я отвечаю: «Бокс, потом хок­кей». Хотя я восхищаюсь и хоккеем, и художе­ственной гимнастикой, и другими видами спорта, но не футболом. Когда нас стали огорчать фут­болисты, я перестал ими восхищаться. В своё время, в молодости, я дружил с легендарным ный мужик был. Его часто можно было видеть с фотоаппаратом за футбольными воротами. Как сейчас помню - полный рот металлических зубов вместо собственных, выбитых в столкно­вениях с нападающими соперников во время жарких футбольных матчей. Мы с ним ходили на стадион «Динамо», потом, позднее, в Лужники, я спрашивал, обращаясь к нему фамильярно:

-   Хома, ну скажи, ну почему наши так плохо играют? До сих пор я смотрю фильм, где вы, мо­сковские динамовцы, в 45-м году играете в Ан­глии. Почему же мы сейчас перестали играть?

Он:

-   Я тебе скажу, почему. Потому что мы играли за страну, за народ и за футбол, а они сейчас играют за квартиры, за деньги - вот за что игра­ют. Потому они не умеют играть, а мы боролись.

У боксёров иначе, они показывают волю к победе. Знаете, я смотрел бой между Кличко и Поветкиным. На матч пришло много боксёров. Пришли все болеть за своего товарища, за сво­его коллегу. Как они переживали за Сашу: и кри­чали, и орали, все так хотели, чтобы он победил. Хотя все прекрасно понимали, что сделать это было невозможно. Я наблюдал за болельщиками-боксёрами, наверное, больше, чем за высту­пающими на ринге.

В.А. Сизёнов:

-   Поветкину тактику надо было менять, он слишком прямолинеен был в том бою с Владимиром Кличко.

-   Ну, это можно говорить потом, а сейчас я го­ворю о боксёрах, о их братстве боксёрском. Вот я смотрю, в этом журнале, «Московский бокс», в статье «Победила дружба», по фотографиям видно, что на празднике в Севастополе собра­лось много чемпионов различных лет. Несмотря на различные титулы, на различные веса, они всегда уважали и любили друг друга. Почему? Да потому что вместе с гордостью им прививали чувство дружбы, чувство ответственности. У них не было никакой зависти, они гордились победа­ми друг друга. Этим и отличается бокс.

Я был на многих чемпионатах мира по хок­кею. У меня много друзей-хоккей сто в, и я восхи­щаюсь их мужеством. Вот, казалось бы, несовме­стимые вещи - бокс и хоккей. Нет, совместимые, потому что по силе духа, по воле к победе я могу совместить эти два вида спорта. Так, как из по­следних сил после нокдауна боксёр поднимает­ся и идёт в бой, даже вот, знаете, сердце кровью обливается. Мне посвятили однажды такую пес­ню - «Но я всегда вставал до счёта десять». Ну вот, до счёта десять он поднимается, всё плывёт перед глазами, в голове туман, а он всё равно идёт - вот это боксёрский дух идёт. Тоже самое в хоккее. Они проигрывают, бьются, идут в нападе­ние. Осталось всего 15 секунд - а вдруг, а вдруг!

Тяжёлая атлетика, волейбол, теннис - заме­чательные виды спорта, но по силе духа, по силе воли я выделяю всё же бокс и хоккей.

-   Иосиф Давыдович, бокс оказал на вас влияние?

-   Конечно. Вы знаете, я никогда не пользо­вался силой. Духом пользовался, тем, который мне привил в молодости бокс. Если бы не было связи, я вообще не говорил бы в своей биогра­фии о боксе, но вы задали точный вопрос: а ка­кое влияние на меня оказал бокс? Самое не­посредственное - я никогда не струшу. Почему я всегда старался быть первым? К этому бокс меня приучил. И на Даманском, и в Афганиста­не, и в Норд-Осте, и в Грозном, и в Чернобыле, да где угодно - я всегда хотел быть первым. Бокс научил меня быть первым, идти впереди, ничего не страшась, ничего не боясь.

-   Безусловно, надо иметь большое му­жество, чтобы вот так добровольно пойти к террористам в Норд-Ост... Ведь они могли бы вас оставить у себя в качестве заложника.

-   Не то что оставить, могли бы просто шлёп­нуть. Я не считаю это мужеством, я не считаю это смелостью, я считаю это духом. Я хочу. А раз я хочу - я могу. Я могу всё преодолеть.

-   Вы добились определённых успехов на ринге, став чемпионом Днепропетровска и Украины, это ли не проявление силы духа?

-   Ну разве это достижение, особенно если сравнить с достижениями присутствующего здесь вместе с нами чемпиона мира Андрея Курнявка. Это так, просто страничка в жизни, буква «А». 

-     Боксёрские награды у вас сохранились?

-   Я все награды хранил у мамы, теперь они у сестры.

-    Кстати, вы в своих интервью с очень большой теплотой и любовью говорите о ма­тери.

-    Это самое дорогое. Я горжусь тем, что ввёл традицию отмечать день рождения - каждому человеку это рекомендую - не как свой личный праздник, а как День благодарения маме - за то, что она в этот день подарила тебе жизнь. А даль­ше ты уже сам распоряжался ею, этой жизнью. Поэтому, когда наступает этот день календаря, нужно низко поклониться маме и поблагодарить её. Я всегда свой день рождения провожу на сце­не - это как бы отчёт прожитого. Когда была жива мама, она всегда присутствовала в этот день на моём концерте.

-    Иосиф Давыдович, в начале нашей бесе­ды вы упомянули Агинский Бурятский округ, в котором благодаря вам стал развиваться бокс. Что характерно для народа, живущего там?

-    В моём округе народ потрясающий, уни­кальный. Люди чистые. Там отсутствует про­ституция, о которой им не надо говорить, - они просто не понимают этого. Нет детских домов, потому что, если случается беда, осиротевших детей разбирают родственники. Отсутствует нар­комания.

Вместе с тем, у них, у буддистов, есть такие обычаи, ставшие традиционными, которые я не воспринимаю, и они это знают. Я не восприни­маю, например, когда они самому дорогому го­стю дарят голову коня и заставляют отрезать ку­сок губы и съесть. Однажды пришлось испытать это на себе. Мне стало так плохо, что я уехал в гостиницу и не смог сдержать подступившей тошноты.

Дело не в этом. У них нет понятия «умер», у них есть понятие «потерялся». Они считают, что встретимся «там». Они никогда не ходят на клад­бище - закопали в коробе деревянном и всё, за­были.

Я же всегда посещаю могилы. Так много род­ных могил, так много похоронено людей, которых я знал, любил и помню. Я всегда прихожу к ним по возможности. Что касается места захороне­ния моей мамы и моей тёщи, их я рядышком по­ложил на Востряковском кладбище. Своих детей и многочисленных внуков я приучаю регулярно приходить на кладбище и кланяться покинувшим нас родственникам.

Я знаю, что и я уйду из этого мира, и кто-то должен прийти и меня вспомнить на месте мое­го упокоения. Я уже похоронил трёх своих бра­тьев. Жизнь - она вершит свои не самые лучшие вещи.

Я дружил очень близко с мэром Москвы Юрием Михайловичем Лужковым. Однажды я, недовольный состоянием московских кладбищ, сказал ему: «Как же так Юрий Михайлович, клад­бища в таком запущенном состоянии?!» Я ему очень благодарен за то, что он привёл в порядок все кладбища, а заодно и московские вокзалы.

-   Вы, можно сказать, долгожитель на сцене. Я помню, как вы в далёкие 60-е годы пленяли сердца зрителей исполнением за­мечательных песен, да и сейчас по-прежнему находитесь в отличной форме. Как вам это удаётся?

-    Спасибо за вопрос, вы не первый, кто его задаёт. Нужно любить свою профессию. Надо не стремиться, как многие молодые, у которых только прорезается голос и которые записали какую-то песню, к сиюминутной популярности, к узнаваемости, к меркантильным решениям во­просов, особенно в рыночной экономике. Я, яв­ляясь профессором, когда принимал студентов, говорил им: «Если вы не полюбите свою профес­сию, вы никому не нужны в искусстве, на эстра­де. Если вы стремитесь к тому, чтобы как можно скорее проснуться популярными, чтобы вас на улице узнавали, подходили и брали автографы, вы никогда не станете большими артистами. А вот если вы хотите узнать, кто вы? Утром, ког­да проснётесь, подойдите к зеркалу - небритые, опухшие, нечесаные - вот это на самом деле, а вечером, когда вы в камуфляже, в концертном костюме, косметике - это уже другое. Это образ, а суть - это ваша природа, которой вы должны подчиняться и которую нужно любить.

Когда речь заходит обо мне, я отвечаю, что пою не потому, что хочу очень понравиться пу­блике. Я получаю колоссальное удовольствие оттого, что пою, поэтому так долго. Я уходил в 60 лет и говорил, что пора дать возможность моло­дым. Но чего-то они на пятки не наступают. По­том я уходил в 70 лет и в 75... Ну, сцена - мой наркотик, там я прихожу в себя. Иногда плохо себя чувствуешь, настроение плохое, неприят­ности какие-то произошли. Выходишь на сцену, видишь зрительный зал, слышишь аплодисмен­ты - жизнь продолжается!

В. А. Сизёнов:

-У вас в репертуаре немало патриотиче­ских песен...

-   Я дитя военного времени, которое вошло в мою душу и тело. Меня возмущает, когда пере­стают кланяться подвигу человека, перестают восхищаться им. Идёт к примеру, дважды Герой Советского Союза - человек, который первым вышел в открытый космос, - Алексей Архипович Леонов - и проходит мимо обыкновенный граж­данин. Остановись, поклонись этому человеку.

Я сегодня вечером пойду в Большой зал кон­серватории. Сегодня там 7-я симфония Дмитрия Дмитриевича Шостаковича - фантастическое произведение! Непосредственно перед нашей с вами встречей у меня брали интервью по по­воду песни «Вставай, страна огромная, великая страна!» К этой песне я отношусь, как к молитве. И иначе нельзя, по потому что песен у нас ты­сячи, а вот молитва одна. «День Победы» - это молитва, «Журавли» - это молитва, «Священная война» - это молитва.

-   Иосиф Давыдович, давайте вернёмся к боксёрской теме. Как вы относитесь к женско­му боксу?

-   Я не очень являюсь поклонником женского бокса, хотя Наташа Рогозина всегда меня радует своими победами на ринге.

Тем не менее, это не женский вид спорта. По­этому, когда я Рогозину пригласил к себе в Агин­ский Бурятский округ, на меня посмотрели как на чудовище. Чтобы бурятская женщина разделась и била другую женщину? Нет! Но те мужчины, которые посвятили себя этому виду спорта, они, безусловно, воспитали в себе всё самое лучшее.

-     Каков ваш жизненный девиз?

-     Не сдаваться!

-     Ну и напоследок - ваши пожелания.

-   Боксёры - это удивительные люди, которые приучили себя к смелости, дружбе, к взаимовы­ручке, ко всем самым хорошим человеческим ка­чествам. Поэтому я хотел бы пожелать боксёрам только одного: никогда не забывайте, что бокс - это удивительный вид спорта, это сила духа, это мужество, это благородство, это всё самое луч­шее, что отличает мужчину.

Автор: С.Коненкин.

Назад в раздел